Потрясенная Россия узнала, что два человека погибли, подвергнув себя самой страшной каре – самосожжению.

     Ушли из жизни, по своей воле, расставшись в чудовищных муках с землей, водой, небом, с семьей, домом. Нет ничего страшнее насильственной смерти, смерти в огне. Такой была доля многих русских, павших  в огне пожарищ в годы войны. Они хотели жить, они сопротивлялись, они защищали себя и свою страну, и их мученическая смерть открыла им дорогу в бессмертие.

     Но добровольно, сознательно пойти на смерть потому, что жизнь становится нестерпимой, что сжигающая огненная точка лучше жизни, - это не укладывается в сознании, это из другого, нереального мира.

     Эти люди погибли, борясь за свое человеческое достоинство. Но они заплатили тем, кто сделал их существование невыносимым, высшей ценой – собственной жизнью. Ибо им казалось, что больше платить нечем и некому. Одного лишили водительских прав, единственного источника существования для него и его семьи, и он поджег себя прямо в здании суда, который не защитил его. Другой покончил с собой, когда ему отказали в оформлении группы инвалидности.

     Мы понимаем, что это были акты крайнего отчаяния, но почему они не поняли этого, почему не остановились на пороге между жизнью и смертью? Почему не обратились к тем, кто обязан защищать права и интересы людей, помочь в минуты безнадежности? К «правящей» партии, которая раскинула по всей стране сеть своих приемных? К той сотне миллиардеров, которые ежедневно добавляют в свои сейфы новые миллионы и которые именно в эти дни радостно рапортовали о росте своих рядов? В правительство, которое недавно объявило, что в этом году увеличит пенсии на 9 процентов и что в одной Москве пенсионеры получают в год 500 миллиардов рублей?

     Им это и в голову не пришло, потому что они, как и все россияне,  знают, что нет справедливости в обществе, где рядом живут миллиардеры и нищие. Что «единая» и «справедливая» Россия  - только на уличных растяжках. Что буржуазная контрреволюция обернулась материальным плюсом лишь для небольшого меньшинства, которое паразитирует на несчастьях соотечественников, на горе их Родины.

     Случаи самосожжения – страшное потрясение для любой страны. Они всегда чреваты революционными взрывами, сильнейшими ударами народного негодования по власть имущим. Президенты и  премьеры спешат к микрофонам, на улицы, чтобы успокоить массы, начинают изображать скорбь и каяться.

     В России это не так. Не раздалось ни одного голоса с высоких трибун. Власть боится своего народа, ей нечего сказать, нечим оправдаться.